Amber Dragon
Цурэн Правдивый, изобличенный в преступной двусмысленности и потакании вкусам низших сословий, был лишен чести и имущества, пытался спорить, читал в кабаках теперь уже откровенно разрушительные баллады, дважды был смертельно бит патриотическими личностями и только тогда поддался уговорам своего большого друга и ценителя дона Руматы и уехал в метрополию. Pумата навсегда запомнил его, иссиня-бледного от пьянства, как он стоит, вцепившись тонкими pуками в ванты, на палубе уходящего коpабля и звонким, молодым голосом выкpикивает свой пpощальный сонет «Как лист увядший падает на душу».
(А. и Б. Стругацкие. «Трудно быть богом»)


Памяти Цурэна Правдивого посвящается.

Как лист увядший, как бессильный старец,
Стучусь в сердца, а попадаю в грязь.
Нетрезво проклиная всех и вся,
Став пьяным богом, яростно смеясь
над миром - рифмой, над собой - вином,
Пишу, пишу... Но все предрешено,
За мной - стихи, а у ворот - толпа.
Фанатики... Меня - и на костер?
Листом увядшим лягу у столба.
Все кончено. Проигран давний спор.

Устал... Устал! Зачем пьянчуга вам?
Молчать не буду. Я давно в тоске.
Сонеты острые звенят на языке,
Спасен с костра, но все мои слова
Меня испепеляют изнутри.
А впрочем... Плюнь да разотри!
Мои стихи у черни на губах
Застыли коркой крови, и не смыть.
Убьют меня - я буду жив в словах,
Для тех, кто может верить и любить.
Как вы, мой дон. Не плачьте, вот беда!
Я не могу иначе, я поэт.
Уехать? Мне? Быть может, навсегда?
Вы не отстанете?.. Ну что ж, увижу свет...
Писать смогу. Смогу безмерно пить,
Глуша тоску - над Арканаром мгла.
И вам ее, мой дон, не одолеть.
В груди застряла грязная игла,
И плечи ждут, что их обнимет плеть.
Ведь искажают душу зеркала,
В которые приходится смотреть...
Спокойной ночи, дон.

Как лист увядший падает на душу,
Касается меня мое бессилье.
Вы люди, звери!..